Новости Оскола » Blog Archives » Мелентьев с улицы Мясницкой
Электронная версия газеты Новости Оскола

« ПредыдущаяСледующая »

Мелентьев с улицы Мясницкой

08.02.2018

Автор книги «Городок провинциальный. Записки старожила» был незаурядной личностью

С Рэмом Ивановичем Мелентьевым носителем столь необычного для наших дней имени, означающего аббревиатуру от  словоcочетания «революционная молодежь»,  я поближе познакомился, работая над документальным фильмом, посвященным какому-то круглому юбилею треста «Осколстрой».  Для строительного комплекса России это были кризисные, постперестроечные,  далеко не лучшие времена. И, помнится, нам с Мелентьевым немалого труда стоило (конечно же, прежде всего ради приработка),  убедить руководство  строительной организации профинансировать наш проект. За мной был сценарий фильма, а Рэм Иванович, работавший в то время в народной киностудии ДК «Комсомолец», подрядился провести съемки кинокамерой, произвести монтаж и озвучку отснятого материала. Демонстрацию фильма предполагалось осуществить на каком-то допотопном аппарате, из-за своей некомпетентности не берусь судить,  какое он имел название. О видеокамерах в Старом Осколе тогда еще и не помышляли!
Благодаря совместной работе с Рэмом Мелентьевым я обогатил свои знания. Оказывается, именно трест «Осколстрой», созданный в 1969 году, стал родоначальником  производственного строительно-монтажного объединения «Электрометаллургстрой», генерального подрядчика на строительстве ОЭМК. На базе управлений «Осколстроя» образовался трест «КМАжилстрой», преемником которого стало нынешнее акционерное общество «КМАпроектжилстрой». Именно на правах генподрядчика «Осколстрой» вводил в строй в 70-х годах прошлого века все шесть технологических линий крупнейшего на то время  в Европе старооскольского цемзавода. Производственные комплексы Стойленского ГОКа и базы Минмонтажспецстроя СССР, жилые дома и школы, многочисленные объекты соцкультбыта, среди которых клуб «Горняк», введенный в 1973 году, – все это  и многое другое – дело рук тружеников интернационального советско-болгарского треста.

 

1

Так выглядел утраченный Дом купца Кобзева (был расположен за кинотеатром «Октябрь»)

Мы карабкались на крыши, чтобы заснять панораму завода АТЭ, первую очередь которого осколстроевцы возвели и сдали в эксплуатацию также в далеком теперь уже 1973 году.  А ровно сорок лет назад, если вести отчет времени с нынешней даты, когда рождаются эти строки, был введен в строй Старооскольский хлебозавод. Рэм Мелентьев, довольно грузный мужчина, уже в годах, с мальчишеской легкостью закрепился на заборе и снимал камерой панораму и этого предприятия. Попутно заглянули в городскую типографию, здание которой «Осколстрой» построил тоже в советское время, благодатное для строителей и бурно развивающегося Старого Оскола.

Три мешка картошки

Я уже совершенно не помню, как принимала аудитория наш фильм, но с тех пор с Рэмом Ивановичем  у меня наладились, можно сказать, приятельские отношения. Доказательством их стало и то, что  Рэм Иванович, услышав о моей проблеме, предложил хранить в своем погребе богатый урожай картошки – аж три мешка! Этот популярный овощ моя семья для экономии бюджета вырастила на бывшем колхозном поле, расположенном в районе чуфичевской свалки. Там город давал желающим по клочку земли для временного огорода. Помнится, картошка отлично хранилась в  погребе, вырытом прямо в меловом массиве  и стоявшем без всякого перекрытия. Очередной поход  с рюкзаком за порцией картошки к Мелентьеву на улицу Демократическая – бывшую Мясницкую – сопровождался порой длительными разговорами о том о сем. Благодаря такому общению, я впервые услышал и биографию Рэма Ивановича.

 

3

Маргарита Кобзева — организатор культурных мероприятий в Старом Осколе XIX века

Увлечение краеведением нас сблизило, и Рэм Мелентьев не казался уже эдаким старикашкой-брюзгой, квасным диссидентом, который поносит местные власти за небрежение к старине и пространно разглагольствует по поводу утраты  горожанами исторической памяти. В своей книге он предстает как патриот города, по местным преданиям и рассказам старожилов, создавший в воображении свой милый сердцу несоветский Старый Оскол. И в «Провинциальном городе», под обложкой которого собраны заметки, публиковавшиеся в местных газетах, Мелентьев  выкристаллизовал свои мысли, которые заслуживают нашего внимания. Он  всеми фибрами души любил город, особенно тот, старый, с  еще  не разрушенными шестью церквями,  шумными базарами и красочными ярмарками, с  соблазнительными ароматами еды, исходящими из харчевни купца Гусарева и других многочисленных трактиров, а также ароматом копченостей, который ветерок доносил из колбасни Игумнова.
Город тароватых (щедрых) и оборотистых купцов, украшавших кирпичными зданиями городские кварталы, среди которых колоритные персонажи вроде владельца многочисленных ветряных мельниц Поваляева, носившего на плече ученого ворона, хрипло кричавшего от имени его владельца  «Я всех в городе кормлю». Город, прорастающей сквозь мужицкую неотесанность рафинированной культурой, носителями которой выступали местные образованные люди и представители творческой  интеллигенции. Среди них знаменитые уроженцы Старого Оскола: художники Андрей Игумной и Антон Зубов, оперная певица Анна Лотоцкая, ее коллега Евгения Балабанова, родившаяся в Короче, но чье детство прошло в Старом Осколе. Это, конечно же, скрипач Михаил Эрденко, бас Иван Ампилов, регент капеллы его императорского величества Першин,  столичный капельмейстер  Коржев и многие другие, чьи имена не сохранились в памяти людской.

Кто ответит за варварство?

Рэм Меленьев родился в 1930 году. В главе, посвященной старому городскому кладбищу, находящемуся в запустении, он передает детские впечатления, которые кажутся невероятными. Рассуждая вслед за Пушкиным о «любви к отеческим гробам», автор пишет: «С моей бабушкой подходим к воротам, стучим в калитку, нам открывает кладбищенский сторож.  Мы идем по широкой аллее, усыпанной гравием и желтым песком. На кирпичной стене, вдоль аллеи, нас встречают фрески из загробной жизни, выполненные художником Лебедевым. Могилы побогаче  венчались пышными надгробиями из мрамора, оградами фигурной кузнечной работы. Именитые купцы покоились в фамильных склепах».
Рэм Мелентьев заинтриговал  меня своим рассказом о том, что и мои однофамильцы были известными людьми в дореволюционном Старом Осколе. Купцы Макаровы-Евсюковы владели кирпичным и силикатным производством и брали подряды на строительство домов и церквей. Среди них были подлинные мастера своего дела, обладавшие высоким художественным вкусом. По местной легенде, в  их доме останавливался поэт Кольцов.
Будучи мальчишкой Рэм Мелентьев подолгу глазел на склеп Макаровых, «покрытый чугунной плитой на шарнирах, которая вибрировала при подходе к ней». «На углах этой плиты, – вспоминал Рэм Иванович, – были отлиты колоколенки с куполами городских церквей. В них помещались колокольцы, от вибрации издававшие звон псалма «Спаси, Господи, люди твоя».  На  памятной плите были выбиты слова: «Под сим камнем лежат строители-подрядчики всех каменных церквей города Макаровы-Евсюковы. Мир их праху!» Увы, сокрушается автор книги: «Из всех надгробий остался только памятник  Иллариону Илларионовичу Симонову (городской голова, Е.Е.) с домочадцами».
«Кто ответит за варварское отношение к историческому центру Старого Оскола? – название этой главы из книги – лейтмотив всего творчества Рэма Мелентьева и вопрос вопросов, которым он задается. Простой, как говорится, работяга, – один из первостроителей Лебединского ГОКа, а затем и работник культуры, благодаря своей активной жизненной позиции, выразившейся в газетных публикациях и создании 25 документальных кинолент, а затем и видеофильмов, Рэм Иванович стал публицистом. Он призывал людей одуматься, не совершать богопротивных деяний, не погрязать далее  в своем историческом невежестве. Взывал к  власть предержащим проникнуться духом гражданства и патриотизма.
Обладатель революционного имени и ведущий родство от протопопа Мелентия, поселившегося в городе с момента основания Оскольской крепости, носитель купеческой фамилии Мелентьевых, Рэм Иванович, сформировавшийся как личность в советское время, мне кажется, так и не понял поступка большевика-отца, наделившего его столь оригинальным именем, не принял вместе с этим и революционный дух эпохи.

 

2

Дом Е. И. Балабановой (снесен)

Индустриальный прогресс на КМА  неизбежно влечет за собой деградацию природы. По этому поводу Рэм Иванович  глубоко сокрушается, оставив нам яркий и понятный образ: «Железный дракон» раскрыл свою пасть, пожирая все вокруг – леса, поля, черноземы. Количество голов у дракона растет с невероятной скоростью. В небо врезаются все новые и новые дымовые трубы индустрии нашего края».  С сыновним трепетом просит он от имени человечества прошения у Природы: «И прости ты нас, своих неразумных детей, за то, что далеко не всегда ласкали тебя и холили».
Рэм Иванович  в своей книге откровенничал: «Для меня улица Демократическая, на которой я живу, всегда была Мясницкой. Стремлюсь писать материалы и снимать фильмы с особым чувством любви и патриотизма к родной старооскольской земле». За это ему глубокое уважение  всех тех, кому дорого наше прошлое!

Евгений Евсюков, фото из архива Мелентьева

Рубрики: Актуально   |   Наверх

Комментариев пока нет.

Оставьте комментарий.